Justas
15.05.2007, 15:05
Сочинские гаишники
Эти ребята просто "обожают" москвичей. Я у них как-то интересовался причинами такой лютой ненависти, так мне объяснили, что москвичи не боятся и не уважают гаишников, постоянно спорят, качают права с книжечкой в руках и работать с ними просто невозможно.
Впрочем, я их понимаю. Вот, что произошло недавно.
Поехал я на машине к морю, чтобы попить пива. Попил вдоволь, еду обратно. В машине довольно жарко, я расслаблен, поэтому левую ногу высунул в окно, чтобы ветерком обдувало. Автомобиль с коробкой "автомат", поэтому угрозы окружающим я не представляю.
На дороге стоит гаишная машина, рядом с которой дежурит трое человек. Я проезжаю мимо них и в зеркальце заднего вида наблюдаю, что лейтенант делает мне знак остановиться (замечу, что уже после того, как я мимо них проехал). Разумеется, я останавливаться не собираюсь и еду себе спокойно дальше, подсчитывая количество нарушений, который совершил: алкоголезависимое пьяновождение, превышение скорости на 60 км/ч и нога, высунутая из окна.
В зеркале видно, что гаишная машина врубила мигалки и начала преследование. Я себе спокойно еду со скоростью 120 км/ч. Минут через пять догнали, обогнали и просят остановиться. Я припарковался, сижу и жду. Они тоже сидят в машине и ждут (здесь принято выбегать, как собачонка, из машины и мчаться с документами к дяденькам гаишниками). Я даю сигнал, что собираюсь уезжать, один из гаишников выходит из машины и идет ко мне. Представляется. Я говорю:
- Ну?
- Почему ремень не пристегнут? – спрашивает гаишник.
Мама моя! Все нарушения перечислил, а про ремень забыл. У них тут, в отличие от Москвы, не пристегнутый ремень – основной источник дохода.
- Забыл, - говорю. – Буду страдать материально.
- А почему нога из окна высунута? – интересуется гаишник.
- Так жарко же.
- С ногой из окна – не положено! – твердо заявляет гаишник.
- Это где такое сказано?
- В документах, - немного подумав, отвечает гаишник.
- Вот покажите мне документ, где сказано, что нельзя ездить с ногой, торчащей из окна, тогда и будем разговаривать на эту тему, - парирую я.
Гаишник надолго задумывается, потом заявляет:
- Если из автотранспорта выдается наружу негабаритный инородный элемент, на конце его должен висеть красный флажок. А у вас такого флажка не было.
- Не пройдет, - сочувствую я. – Это только в том случае, если предмет длиной более одного метра. А у меня из окна максимум восемьдесят сантиметров ноги торчало. Можете линейкой померить.
Гаишник загрустил.
- Тогда платите штраф за не пристегнутый ремень. И за превышение скорости.
- За ремень я платить не отказываюсь, а по поводу превышения скорости вы что-то напутали. Я не видел у вас "пушки" и доказательства мне предъявлены не были.
- Да я "на глазок" видел, что у вас скорость была намного выше 60 километров в час, - объясняет гаишник.
- Да мне плевать на ваш глазок, - спокойно объясняю я. – Если вы предъявите на него метрологические сертификаты и постановление о том, что он, отныне, используется как официальный измеритель скорости, тогда нет проблем. А сейчас ваш глазок – это ваши проблемы. Я ехал со скоростью 59 километров в час, и попробуйте доказать мне обратное.
Гаишник с ненавистью смотрит на меня, что-то бормочет под нос о зажравшихся москалях, которые все сало съели, достает какую-то здоровенную простыню и говорит, что надо заполнить протокол за ремень.
В протоколе, между тем, пунктов пятьдесят. На вопрос – с каких это пор стало нужно заполнять такие объемные бумаги, он бурчит, что это мы в Москве распоясались, а здесь свои порядки.
- Сам будешь заполнять, или мне помочь? – спрашивает гаишник.
- Да я, вроде, грамоте обучен, - отвечаю. Беру листок и быстро вписываю ответы на вопросы. Кто составлял подобный протокол – понять сложно. Вопросы, похоже, просто списывались из какого-то психологического теста. По-моему, там даже был вопрос "чем болела в детстве ваша бабушка". Я честно ответил на все вопросы, в графе "пол" написал "паркетный", свою дату рождения дал по израильскому календарю, а в качестве места работы написал "дворник при 82-й средней школе".
Потом отдал листок гаишнику. Тот, не читая листок, потребовал у меня штраф в 40 рублей, откозырял и пошел к своей машине. Я спокойно подъехал к своей квартире, поставил машину, вытащил из холодильника бутылку пива и пошел опять на улицу, чтобы посидеть на лавочке.
Минут через пять к дому лихо подруливает гаишная машина (я сразу подумал, что протокол они все-таки прочитали), оттуда выскакивает мой старый знакомый и радостно кричит:
- Я чуть не забыл! Вас же лейтенант двадцать минут назад видел на море, пьющим пиво. Поехали на медицинскую экспертизу!
- Сейчас, - говорю, - поедем. Вот я только тапочки надену.
- А что? – растерялся гаишник. - Это же недолго. Минут тридцать. Или сразу штраф платите.
- Мужик, - отвечаю я. – Ты чего? Я на сегодня закончил вождение и расслабляюсь в тенечке пивком. Еще какие-нибудь вопросы есть?
- Но тебя же видели с пивом, - растеряно сказал гаишник. – Полчаса назад. Мы же на дороге тебя и ждали, потому что лейтенант рядом с кафе твою машину видел. Это ты ногой своей нас отвлек.
- Не мои проблемы, - отвечаю. – Надо было быстрее соображать. А сейчас, уж извини, прием гаишников на сегодня закончен.
- Знаешь, давай как сделаем? - решительно заявляет гаишник. – Мы сейчас поедем на экспертизу, из результатов вычтем эту бутылку пива и посмотрим – что получится.
Я чуть пивом не подавился.
- Ты на солнце перегрелся, что ли? Никуда я не поеду.
Гаишник еще немного постоял, с завистью глядя на мои манипуляции с бутылкой, потом отправился в машину, докладывать обстановку. К единому мнению, как я понял, они так и не пришли, потому что машина завелась и уехала.
Но это еще не все. Вечером мы кутили в ресторане с приятелем. Посидели довольно капитально, а потом он повез меня домой на своей Тойоте. А она у него, кстати, с правым рулем. Едем по единственной аллее, которая ведет к проезду на другую сторону железной дороги, как вдруг видим, что прямо у арки под мостом дежурит машина с моими сегодняшними знакомыми.
Друг сильно заволновался, потому что другой дороги нет, а он выпил довольно прилично. Подъезжаем к гаишникам, лейтенант видит меня на водительском месте (еще раз напоминаю, что машина – с правым рулем), расплывается в широченной улыбке, тормозит Тойоту и приглашает меня в гаишную машину. Я спокойно выхожу, говорю приятелю, чтобы он немедленно уезжал, как только я сяду к гаишникам, и иду с лейтенантом.
Сажусь в машину. Лейтенант ласково улыбается и заявляет:
- Ну что? В трубочку будем дуть, или сразу штраф заплатим?
- Давайте в трубочку подуем, - говорю я. – Давненько я в трубочку не дул.
Кстати, трубочки у них оказались бракованные. Первые две вообще не сработали, и только третья показала какие-то запредельные значения.
- Ну вот, - обрадовался лейтенант. – Вот сейчас и отольются мышке кошкины слезки.
- Вот именно, - говорю я, - что мышке и отольются.
- Это в каком смысле? – встревожился лейтенант.
- А в таком, - отвечают. – Какие ко мне претензии?
- Управление автомобилем в пьяном виде! – заявляет гаишник.
- А где вы видели, чтобы я управлял машиной?
- Здрассте! – возмущается лейтенант. – Я же только что вашу машину остановил. Вот эту, - он делает рукой жест в сторону Тойоты, которой на месте, разумеется, уже нет. – А куда машина делась? – удивляется он.
- Домой уехала, - спокойно говорю я. – Это японка с правым рулем. Я попросил меня до моста подвезти. А поскольку к водителю у вас претензий не было, а были только вопросы ко мне, вот он и уехал.
Лейтенант так долго и внимательно смотрел мне в глаза, что я уже думал, что меня пристрелят при попытке к бегству.
- У вас в Москве что – все такие? – тихо спросил гаишник.
- Нет, - отвечаю. – Только я и Рабинович. Остальные еще хуже.
В общем, меня отпустили с миром. Ребята оказались с чувством юмора и меня не пристрелили. Я с ними даже потом подружился. Не сразу, конечно. На следующий день выпил пару бутылок безалкогольного пива (здесь это большая редкость), специально проехал мимо них, был остановлен и отправлен на экспертизу. После неудачного для них теста на алкоголь, все объяснил, и мы заключили совместный пакт о ненападении. Мне теперь официально дозволена одна кружка пива за рулем, но только одна. Я же говорю, ребята оказались вполне с чувством юмора.
Эти ребята просто "обожают" москвичей. Я у них как-то интересовался причинами такой лютой ненависти, так мне объяснили, что москвичи не боятся и не уважают гаишников, постоянно спорят, качают права с книжечкой в руках и работать с ними просто невозможно.
Впрочем, я их понимаю. Вот, что произошло недавно.
Поехал я на машине к морю, чтобы попить пива. Попил вдоволь, еду обратно. В машине довольно жарко, я расслаблен, поэтому левую ногу высунул в окно, чтобы ветерком обдувало. Автомобиль с коробкой "автомат", поэтому угрозы окружающим я не представляю.
На дороге стоит гаишная машина, рядом с которой дежурит трое человек. Я проезжаю мимо них и в зеркальце заднего вида наблюдаю, что лейтенант делает мне знак остановиться (замечу, что уже после того, как я мимо них проехал). Разумеется, я останавливаться не собираюсь и еду себе спокойно дальше, подсчитывая количество нарушений, который совершил: алкоголезависимое пьяновождение, превышение скорости на 60 км/ч и нога, высунутая из окна.
В зеркале видно, что гаишная машина врубила мигалки и начала преследование. Я себе спокойно еду со скоростью 120 км/ч. Минут через пять догнали, обогнали и просят остановиться. Я припарковался, сижу и жду. Они тоже сидят в машине и ждут (здесь принято выбегать, как собачонка, из машины и мчаться с документами к дяденькам гаишниками). Я даю сигнал, что собираюсь уезжать, один из гаишников выходит из машины и идет ко мне. Представляется. Я говорю:
- Ну?
- Почему ремень не пристегнут? – спрашивает гаишник.
Мама моя! Все нарушения перечислил, а про ремень забыл. У них тут, в отличие от Москвы, не пристегнутый ремень – основной источник дохода.
- Забыл, - говорю. – Буду страдать материально.
- А почему нога из окна высунута? – интересуется гаишник.
- Так жарко же.
- С ногой из окна – не положено! – твердо заявляет гаишник.
- Это где такое сказано?
- В документах, - немного подумав, отвечает гаишник.
- Вот покажите мне документ, где сказано, что нельзя ездить с ногой, торчащей из окна, тогда и будем разговаривать на эту тему, - парирую я.
Гаишник надолго задумывается, потом заявляет:
- Если из автотранспорта выдается наружу негабаритный инородный элемент, на конце его должен висеть красный флажок. А у вас такого флажка не было.
- Не пройдет, - сочувствую я. – Это только в том случае, если предмет длиной более одного метра. А у меня из окна максимум восемьдесят сантиметров ноги торчало. Можете линейкой померить.
Гаишник загрустил.
- Тогда платите штраф за не пристегнутый ремень. И за превышение скорости.
- За ремень я платить не отказываюсь, а по поводу превышения скорости вы что-то напутали. Я не видел у вас "пушки" и доказательства мне предъявлены не были.
- Да я "на глазок" видел, что у вас скорость была намного выше 60 километров в час, - объясняет гаишник.
- Да мне плевать на ваш глазок, - спокойно объясняю я. – Если вы предъявите на него метрологические сертификаты и постановление о том, что он, отныне, используется как официальный измеритель скорости, тогда нет проблем. А сейчас ваш глазок – это ваши проблемы. Я ехал со скоростью 59 километров в час, и попробуйте доказать мне обратное.
Гаишник с ненавистью смотрит на меня, что-то бормочет под нос о зажравшихся москалях, которые все сало съели, достает какую-то здоровенную простыню и говорит, что надо заполнить протокол за ремень.
В протоколе, между тем, пунктов пятьдесят. На вопрос – с каких это пор стало нужно заполнять такие объемные бумаги, он бурчит, что это мы в Москве распоясались, а здесь свои порядки.
- Сам будешь заполнять, или мне помочь? – спрашивает гаишник.
- Да я, вроде, грамоте обучен, - отвечаю. Беру листок и быстро вписываю ответы на вопросы. Кто составлял подобный протокол – понять сложно. Вопросы, похоже, просто списывались из какого-то психологического теста. По-моему, там даже был вопрос "чем болела в детстве ваша бабушка". Я честно ответил на все вопросы, в графе "пол" написал "паркетный", свою дату рождения дал по израильскому календарю, а в качестве места работы написал "дворник при 82-й средней школе".
Потом отдал листок гаишнику. Тот, не читая листок, потребовал у меня штраф в 40 рублей, откозырял и пошел к своей машине. Я спокойно подъехал к своей квартире, поставил машину, вытащил из холодильника бутылку пива и пошел опять на улицу, чтобы посидеть на лавочке.
Минут через пять к дому лихо подруливает гаишная машина (я сразу подумал, что протокол они все-таки прочитали), оттуда выскакивает мой старый знакомый и радостно кричит:
- Я чуть не забыл! Вас же лейтенант двадцать минут назад видел на море, пьющим пиво. Поехали на медицинскую экспертизу!
- Сейчас, - говорю, - поедем. Вот я только тапочки надену.
- А что? – растерялся гаишник. - Это же недолго. Минут тридцать. Или сразу штраф платите.
- Мужик, - отвечаю я. – Ты чего? Я на сегодня закончил вождение и расслабляюсь в тенечке пивком. Еще какие-нибудь вопросы есть?
- Но тебя же видели с пивом, - растеряно сказал гаишник. – Полчаса назад. Мы же на дороге тебя и ждали, потому что лейтенант рядом с кафе твою машину видел. Это ты ногой своей нас отвлек.
- Не мои проблемы, - отвечаю. – Надо было быстрее соображать. А сейчас, уж извини, прием гаишников на сегодня закончен.
- Знаешь, давай как сделаем? - решительно заявляет гаишник. – Мы сейчас поедем на экспертизу, из результатов вычтем эту бутылку пива и посмотрим – что получится.
Я чуть пивом не подавился.
- Ты на солнце перегрелся, что ли? Никуда я не поеду.
Гаишник еще немного постоял, с завистью глядя на мои манипуляции с бутылкой, потом отправился в машину, докладывать обстановку. К единому мнению, как я понял, они так и не пришли, потому что машина завелась и уехала.
Но это еще не все. Вечером мы кутили в ресторане с приятелем. Посидели довольно капитально, а потом он повез меня домой на своей Тойоте. А она у него, кстати, с правым рулем. Едем по единственной аллее, которая ведет к проезду на другую сторону железной дороги, как вдруг видим, что прямо у арки под мостом дежурит машина с моими сегодняшними знакомыми.
Друг сильно заволновался, потому что другой дороги нет, а он выпил довольно прилично. Подъезжаем к гаишникам, лейтенант видит меня на водительском месте (еще раз напоминаю, что машина – с правым рулем), расплывается в широченной улыбке, тормозит Тойоту и приглашает меня в гаишную машину. Я спокойно выхожу, говорю приятелю, чтобы он немедленно уезжал, как только я сяду к гаишникам, и иду с лейтенантом.
Сажусь в машину. Лейтенант ласково улыбается и заявляет:
- Ну что? В трубочку будем дуть, или сразу штраф заплатим?
- Давайте в трубочку подуем, - говорю я. – Давненько я в трубочку не дул.
Кстати, трубочки у них оказались бракованные. Первые две вообще не сработали, и только третья показала какие-то запредельные значения.
- Ну вот, - обрадовался лейтенант. – Вот сейчас и отольются мышке кошкины слезки.
- Вот именно, - говорю я, - что мышке и отольются.
- Это в каком смысле? – встревожился лейтенант.
- А в таком, - отвечают. – Какие ко мне претензии?
- Управление автомобилем в пьяном виде! – заявляет гаишник.
- А где вы видели, чтобы я управлял машиной?
- Здрассте! – возмущается лейтенант. – Я же только что вашу машину остановил. Вот эту, - он делает рукой жест в сторону Тойоты, которой на месте, разумеется, уже нет. – А куда машина делась? – удивляется он.
- Домой уехала, - спокойно говорю я. – Это японка с правым рулем. Я попросил меня до моста подвезти. А поскольку к водителю у вас претензий не было, а были только вопросы ко мне, вот он и уехал.
Лейтенант так долго и внимательно смотрел мне в глаза, что я уже думал, что меня пристрелят при попытке к бегству.
- У вас в Москве что – все такие? – тихо спросил гаишник.
- Нет, - отвечаю. – Только я и Рабинович. Остальные еще хуже.
В общем, меня отпустили с миром. Ребята оказались с чувством юмора и меня не пристрелили. Я с ними даже потом подружился. Не сразу, конечно. На следующий день выпил пару бутылок безалкогольного пива (здесь это большая редкость), специально проехал мимо них, был остановлен и отправлен на экспертизу. После неудачного для них теста на алкоголь, все объяснил, и мы заключили совместный пакт о ненападении. Мне теперь официально дозволена одна кружка пива за рулем, но только одна. Я же говорю, ребята оказались вполне с чувством юмора.